Глубокое подполье зрительного зала

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Глубокое подполье зрительного зала » Сцена » Люди и Джентльмены


Люди и Джентльмены

Сообщений 21 страница 34 из 34

21

Heline, rrr_may
Знаете девушки, а мне было бы интересно если бы вы попробовали бы высказать свои точки зрения даже если бы мы сошлись на том что друг с другом не согласны. Нам не впервой ))

Надо отметить свое дело Калигула делает, его все ненавидят, но он заставляет людей думать ) Что же пусть это непростая миссия ляжет на тех у кого есть силы не боятся высказывать то что думает, а не ждать очередного скандала чтобы тявкнуть в углу. Я уверена мы сможем ). И кто знает, вдруг истина будет посередине.

Я спектакль со счетов не сбрасываю, билеты в ЮЗ покупаются заранее и свои я сдавать, не намерена. Если спектакль живой он будет меняться. Во всяком случае на это стоит надеется.

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

22

Ну попробую ответить на это:

Lek написал(а):

Только чтобы не быть голословными дай мне пример того где и кто по твоему мнению переигрывал.


Ну во-первых, дон Альберто. Вот это было явно и очевидно. И это было для меня самой неприятной неожиданностью. Вполне возможно, что слово "переигрывал" я подобрала неправильно. Только вот почему-то звучало многое из произнесённого им как-то фальшиво что ли. Может быть, здесь дело было в манере произнесения текста что ли (не знаю, как это правильно выразить), уж слишком утрированно произносились слова. Как-то раньше я за Максимом Лакомкиным этого не замечала.
Ну а во-вторых, Виола. И опять же, слово "переигрывала", возможно будет некорректным. Помимо утрированного произнесения текста, мне она показалась уж слишком резкой и грубой.

Да, rrr_may права, эти недостатки из тех, что со временем могут и сгладиться. При желании сгладить, конечно.

А вот, кстати, вы, как много всего посмотревшие и разбирающиеся в театре уж точно лучше меня, скажите мне: такой момент, как произнесение текстом актёра, выделение голосом каких-то моментов, утрирование - это его личное желание? Или всё-таки желание режиссёра?

0

23

Про переигрывания, к сожалению, ничего не смогу сказать. Для первого показа, мне кажется, актеры сделали все от себя возможное.
Цельная линия у меня сложилась, как ни странно бы это звучало только с доном Альберто (М. Лакомкин). Он был тем самым джентльменом, о которых говорится в названии спектакля и целенаправленно готов был жениться, делая все возможное. Плюс он проходит через весь спектакль, остальные персонажи «пропадают» и появляются пунктиром, так что пока их линии, четко не видны.

Например, после первого показа «Комнаты Джованни», перебежки в баре, когда все в темноте бегают и с грохотом закрывают решетки. Кому-то эти удары не понравились, кому-то было все равно, кому-то пришлись по душе. Но, это есть в спектакле, осталось, стало быть, это идея режиссера, т.к. только он может «отрегулировать» уровень силы с которой закрывается решетка.

Heline, какой интересный вопрос о голосе и интонациях. Мне кажется, это то, что находится за пределами зрительского взгляда, мы можем видеть только результат.
Если это желание актера, и оно идет вразрез с идеей спектакля, значит вина режиссера, т.к. он не объяснил. И опять же заранее об этом говорить сложно, т.к. это только первый показ.
Если это желание режиссера, значит, он считает это правильным для своего спектакля.

+1

24

У меня этот вопрос как раз и появился из-за того, что я назвала переигрыванием. Когда определённым образом слова произносит один актёр, я это могу объяснить его личным желанием. К примеру, я никогда не понимала, почему некоторые говорят, будто бы Люба Ярлыкова копирует Карину. А на премьере я, наконец, увидела, что эти люди имеют в виду. Хотя я всё-таки не согласна с этим утверждением. Но когда таких актёров становится уже двое, причём один из них никогда так не делал (ну, по крайней мере, я этого не слышала)... Вот тут уже закрадывается мысль, что это было пожелание режиссёра. И тогда возникает вопрос: зачем можно желать того, что явно прозвучит фальшивым? Подчеркнуть, что это несерьёзно? Но это и так понятно.
Мне всегда казалось, что слова со сцены должны звучать естественно, будто бы это происходит в жизни. Я ошибаюсь?

0

25

Lek написал(а):

конкретно эту пьесу ни раз и неплохо ставили


А расскажи, как в этих постановках были показаны актёры?

На форуме театра я прочитала мысль Олега Леушина, что "Есть клан так называемых джентльменов – «белая кость», «голубая кровь», и есть те, которые всю жизнь на подмостках, как бы играют эту «голубую кровь». Такое вот противостояние: люди и джентльмены."

Допустим, это даже и так. Хотя я бы с этой мыслью не согласилась. Я не считаю, что это противостояние, в принципе. Почему эти качества не могут сочетаться? Разве для того, чтобы быть джентльменом, нужны "голубая кровь" и "белая кость"? Для меня "джентльмен" - это всё-таки не только социальное положение, происхождение и т.п. Это нечто другое. Но это уже вопрос восприятия. В одном из словарей я всё же нашла определение, что это "человек, относящийся к привилегированным слоям общества...".
В этой же постановке актёры показаны в каком-то базарно-балаганном варианте. Что тоже как-то резануло. Допустим, даже это сделано с целью подчеркнуть разницу. Но для меня это тоже как-то странно.

0

26

rrr_may, вот ты спрашивала, о чём пьеса для меня.
Пока могу сказать, что я снова вернулась к своему вечному вопросу: а нужно ли вообще быть джентльменом. Из этого спектакля, по-моему, скорее получается ответ, что, пожалуй, не стоит (да, наверное, и из пьесы тоже, тут расхождений для меня нет). Хотя в жизни я придерживаюсь противоположной позиции.
Приходит также и мысль, что не все, кто считается джентльменами (если исходить из определения о привилегированных слоях общества), таковыми являются по сути (в моём понимании этого слова, мне больше по душе определение о вежливости, корректности, хорошем воспитании, благородстве). Даже если они и придерживаются установленных правил и норм поведения. Но эта мысль к данному спектаклю отношения не имеет, она относится только к пьесе. И это опять же связано с моим личным вопросом, что лучше: придерживаться установленных правил и норм или же быть собой и поступать в соответствии со своими ценностями. И пьеса для меня косвенное доказательство второго.
Кстати, может быть, это и можно назвать неким "философским смыслом", который искали некоторые зрители?

0

27

Еще раз отмечу, мы не можем знать о том, что заложено в том, что происходит на сцене – желание актера или желание режиссера. И, по большому счету, мне все равно, если это укладывается в спектакль и на пользу ему.
Слова со сцены должны звучать так, как этого требует данный конкретный спектакль, как их звучание видит данный конкретный режиссер. Не нужно путать театр и жизнь. Театр – это театр, даже когда изображает жизнь, он изображает ее своими приемами и это уже никак не жизнь, это театр.

О сочетании и противостоянии «белой кости», «голубой крови» и тех, кто ее играет – это, скорее, вопросы к Олегу Леушину. Если он хочет говорить об этом - это право режиссера, говорить о том, что его больше всего волнует.

Интервью не читала. Жаль, что там даны пояснения к спектаклю. Я бы предпочла их услышать, когда спектакль сложился. Такие вещи, порой на пользу спектаклю, сначала зритель увидел одно, а потом ему дают намек на иное, оно может углубить и расширить картинку, или ее убить, к сожалению это тоже возможно. Но сначала всегда интересно самостоятельно увидеть спектакль.

В спектакле «Люди и Джентльмены» мысль не обозначена, а так режиссер объяснил, как нужно думать. Теперь все будут думать, так как задано и не важно, увидели ли это реально в спектакле или нет. А поскольку до сего момента о мысли, заложенной в спектакле, не говорилось (упоминали только о финальном монологе), значит, мне кажется, что не увидели. Хорошо, или не озвучили.

По мне так джентльменом нужно быть всегда, независимо от жизненных ситуаций. Кто-то умеет, кто-то не умеет, но все эти разговоры о жизни, это уход в сторону от пьесы/спектакля. Тема посвящена спектаклю и, хотелось бы говорить о нем.

...некий «философский смысл». А что в этом плохого? В чем провинились некоторые зрители, решив найти смысл в спектакле?
Пугает или раздражает слово «философский»? То есть содержащий в себе какую-то идею. Если нет идеи/смысла зачем тогда вообще необходимо произведение/спектакль/пьеса - все что угодно.

Ок. Отбросим слово «философский» и оставим слово «смысл». Смысл должен быть всегда. Пусть что-то маленькое и очевидное, но будет. В «Людях и Джентльменах», к сожалению, не вижу ничего. О чем спектакль? Сие тайна за семью печатями. Да, финальный монолог. И что? Сам по себе монолог, быть может, хорош, а в контексте спектакля он ни к чему не привязан. Антреприза? Хорошо, пусть будет антреприза, пусть будет веселье, но спектакль должен быть цельным. Даже антреприза о чем-то.
После первого спектакля «Баба Шанель» при множестве недостатков, нечетких персонажей, сцен (все это уже выправилось к следующему спектаклю, но речь не об этом) увидеть, хотя бы пунктиром, смысл/идею, удавалось. О жизни, о старости – не важно о чем, но был спектакль. Мысли были разными, но они были. Предпремьерный прогон «Аккордеонов», который сделали открытым, только для своих, тоже нарисовал в общих чертах картинку будущего спектакля – взаимоотношения музыки и музыканта, мужчины и женщины. Опять разное. Первые показы «Фотоаппаратов» - и опять разные мысли – об абортах, о жизни, о выборе.
А тут, раз зрители не догадались, режиссер предлагает в интервью правильный ответ, лишая себя вариантов, видимо, не надеется, что они могут быть. А в цельной, умной постановке всегда есть варианты «картинок», которые может увидеть и «прочитать» зритель.

0

28

Извините. Не могу сейчас вести полноценную дискуссию из-за повышенной занятости, но я завтра все прочитаю и подключусь. Вижу что ко мне обратились, поэтому коротко и только об этом.

Heline написал(а):

В этой же постановке актёры показаны в каком-то базарно-балаганном варианте. Что тоже как-то резануло. Допустим, даже это сделано с целью подчеркнуть разницу. Но для меня это тоже как-то странно.


По первому спектаклю судить сложно, это же ЮЗ спектакль, где зрители, знают, что они отчасти кролики, на которых экспериментируют и обкатывают постановку (временами в этом есть свои плюсы, видишь, как спектакль меняется и обрастает мясом), так что я даже не берусь сказать, что так задумано, но если так задумано, то это взгляд режиссера либо на театр изнутри, который похож скорее на цирк, что вполне возможно ) И это я говорю без какой-либо иронии, за кулисами театр может быть и цирком (а какая работ временами не цирк), но мне интерпретация тоже не очень нравится.  Сцены сами по себе аляповато-грубоватые, с кучей беготни и перемоток. Да и в Дженнаро  присутствует нечто клоунское, как в трактовке роли Подколесина того же Леушина. Видимо это чем-то близко актеру и может клоунское хотелось изобразить тоньше, если к этому суметь подойти можно найти свою красоту - белый, рыжий  клоун, а получается, пока, грубовато. Но это первый показ… хотя с Подколесиным у меня так в итоге и не срослось.

Либо это вот такой вот взгляд на итальянскую специфику.

Heline написал(а):

А расскажи, как в этих постановках были показаны актёры?

А зачем рассказывать что-то могу и показать, но чуть позже.

Heline написал(а):

На форуме театра я прочитала мысль Олега Леушина, что "Есть клан так называемых джентльменов – «белая кость», «голубая кровь», и есть те, которые всю жизнь на подмостках, как бы играют эту «голубую кровь». Такое вот противостояние: люди и джентльмены."

Пока интервью не прочитаю сказать ничего конкретного не могу, но звучит, словно вообще не об этом спектакле. Никакого противопоставления, во всяком случае я, там не увидела, для меня сюрприз уже то что такая мысль там оказывается заложена )). На самом деле здесь бы еще неплохо чтобы режиссер пальцем ткнул, где и как он это сделал, ну хоть в чем-то. Не во внешних атрибутах, не в разнице реализации тех или иных сцен и ролей расслоения на какие-то два лагеря незаметно.

0

29

С мыслью о пояснениях к спектаклю я полностью согласна. На мой взгляд, спектакль должен говорить сам за себя и никакие пояснения здесь действительно не нужны.
Но справедливости ради скажу, что в самом интервью никаких пояснений к спектаклю не содержится. Я прочитала это  в разделе "Обсуждение спектаклей". Это был ответ на вопрос, почему было изменено оригинальное название. Я в этом тоже смысла не увидела. Для меня и так название спектакля не означало одного конкретного человека и одного конкретного джентльмена.

0

30

Heline написал(а):

А вот, кстати, вы, как много всего посмотревшие и разбирающиеся в театре уж точно лучше меня, скажите мне: такой момент, как произнесение текстом актёра, выделение голосом каких-то моментов, утрирование - это его личное желание? Или всё-таки желание режиссёра?


Сначала это разбор текста в плане самостоятельной работы над ролью после первой читки и режиссерского анализа. Потом совместная работа на репетициях с внесением необходимых правок. То есть, в идеале ответственность за это лежит на плечах режиссера. Но в реальности без постоянного режиссерского надзора и регулярного хирургического вмешательства актер все равно начнет говорить свое и расставлять свои акценты. Очень много зависит от мастерства актера. Есть такие, которые похожи на метроном, и годами ничего не меняют в роли. Но есть такие, кого сразу же "заносит" неуправляемо. И есть те, для кого роль всегда живая, и смысл текста с помощью почти незаметных оттенков может изменяться, откликаясь на современное течение жизни, либо когда актер работает, углубляя свое понимание персонажа... Это теория вкратце :)

+2

31

SeTup написал(а):

Это теория вкратце

Но еще в каждой роли заложена свобода импровизации или иного существования в рамках режиссерской композиции :)
Перечитал и нашел двусмысленность сочетания "заложена свобода"... И это тоже так. С одной стороны свобода исполнения безусловно должна быть - без этого нет жизни, с другой - она заложница, запертая внутри роли. Если вырвется, то сломает все... :)

0

32

SeTup, спасибо!
Может быть, это действительно незначительная деталь. Но для меня слова, звучащие фальшиво, иногда могут сломать всё впечатление. Хотя бы просто потому, что я не могу понять цели, для чего это сделано. Когда понимание есть, нет проблем. В этом случае происходит так, как говорит rrr_may, текст укладывается в спектакль.

0

33

20.05.2012

Спектакль и пьеса

Это была огромная ошибка влюбится в Эдуардо де Филиппо. Я полюбила его идеи, четкое построение пьес¸ где все имеет значение и ничего не случайно, его взгляд на жизнь и даже успела полюбить его постановки. Но теперь смотреть спектакль стало сложнее. Вернее пока действие развивается согласно идеи автора все еще ничего. Первое действие вполне смотрибельно, особенно если знать, куда не смотреть, тяжело становится  во втором. Пьесы Эдуардо де Филиппо многослойны, основаны на движение от жанра к жанру.  Каждый из трех, актов, выдержан в новом жанре. Это его и только его характерная особенность.  Как правило, это определенная, сохраняющаяся от пьесы к пьесе, последовательность: 1 акт комедия, фарс, 2 акт мелодрама, 3 акт драма. При таком раскладе и речи не может идти о монотонности, какая присутствует в спектакле.

В спектакле Олега Леушина  все сплошная комедия, причем гротесковая (а гротеск надо умело дозировать) с множеством заимствований. Тем более что при втором просмотре заимствованья становятся очевиднее. Спектакль собран с миру по нитки, казалось бы проявляется это в мелочах, но не первый год на ЮЖке дает о себе знать в полный рост: тут вздыхают как там, там бегают как тут. И ты все это уже видел. Но главное что знает режиссер Валерий  Белякович и либо не знает, либо не умеет применить режиссер Олег Леушин – то что нельзя звучать на одной ноте слишком долго. Зритель устает.  Сильное напряжение надо сбивать смехом, долгий смех надо разбавлять серьезным или грустным. А единственная нота вытянутая до упору утомляет.

У спектакля четкая точка усталости, ближе к концу второго действия, во время разборок в доме Графа, при очередном круговом забеге, понимаешь, что монотонность накрыла с головой.

Еще один минус спектакля - танцы, в виде необязательных побегушек и не продуманных па. Здесь снова действует испытанный способ – «с миру по нитки». Имхо, если танцы ради украшения спектакля, то они должны быть либо хорошие, либо лучше без танцев, а сложенные у груди руки-лапки из сцены в сцену скорее признак беспомощности. Привет «Калигула» и «Женитьба», но там они хотя бы в тему.

Впрочем при втором просмотре кое-что становится на свои места, так часть придумок в спектакле существуют для того чтобы доигрывать за Дженнаро. К примеру, танцы на горячих углях, это чтобы Дженнаро не пришлось играть обожженные ноги, как и Флоранс читающая «ремарку», и рапида когда актеры во главе с Винченцо видят, как он обварился, плюс это дает время завернуть Дженнаро штаны. Сколько сложностей чтобы доиграть за…

Актеры труппы Дженнаро в повествовании сейчас кажутся лишними. Они находятся в центре спектакля, хотя для чего они в нем непонятно. Есть история Альберто де Стефано (Максим Лакомкин),  Карло Толентано (Евгений Бакалов), в общем, история с любовным треугольником, но причем тут актеры.

В спектакле смещены акценты может поэтому почерк драматурга стал почти не различим.  Так в сцене репетиции ударение перемещается на ни такую уж и смешную ускоренную перемотку, заслоняя собой то что, по сути актерами разыгрывается в миниатюре сюжетная линия пьесы («обесчещенная» девушка ждет ребенка…), спектакль в спектакле, и нарочитость актерской игры не просто для смеху. Эдуардо де Филиппо сравнивал «неудачные» актерские работы за кусок хлеба с игрой человека вынужденного лицедействовать, будучи загнанным в угол  обстоятельствами, как Альберто де Стефано. Сейчас же актерская труппа, какая-та побочная линия, как и печка. О ней просто несколько раз повторяют со сцены, в то время как у Эдуардо де Филиппо быт это незыблемая основа, аллегория человеческого счастья, уюта, тех мелочей, из которых заключается наша жизнь.

Жаль, что драматурга у нас мало и плохо знают, Эдуардо де Филиппо не Шекспир, что вовсе не умоляет его таланта. И списывать неудачи спектакля на плохую пьесу тоже самое, что утверждать, что танцору мешают ноги.

Но я не об этом, поскольку автор мало известен я думаю было бы честно если уж не объявлять со сцены, то указывать в программке что финальный монолог никакого отношения к Эдуардо де Филиппо не имеет. Не опустился бы этот автор  до такого количество штампов.  Если уж переписывать, то пропустить сквозь себя всю пьесу, а идти в противоречие с драматургом дописывая за него, значит изначально нарушать его замысел. Финал в «Людях и Джентльменах» это огромное количество ничего не объясняющих штампов и заимствований, от «Гамлета» (но его хоть по Шекспиру поминают, наверное потому что слишком узнаваем) до других не менее известных афоризмов приправленных общими словами. Ниоткуда не пришло, никуда не ведет.

И это-то у Эдуардо де Филиппо с его неоднозначными финалами, в которых сталкивается природа автора: реалиста желающего смотреть на мир оптимистично. С его легкой грустью, ведь последний акт у него обычно драма. Сейчас же финал это стоящие в полутьме Виола (Карина Дымонт) с Атиллио (Александр Шатохин) и Флоранс (Жанна Чирва) с Винченцо (Антон Белов), слушающие «мудрые» слова. Они заполняют пустоту финала.

Невероятно, но факт.

«Человек и Джентльмен» одна из первых пьес автора, написанная в 1922 году (тогда она называлась иначе – «Я ошибся? Исправлюсь»). Это был особый, знаковый для драматурга год, год когда он увидел постановку, перевернувшую его представление о театре и о том что он сам хочет от театра - спектакль по пьесе Пиранделло «Шесть персонажей в поисках автора». И хотя Эдуардо де Филиппо нельзя назвать абсолютным последователем, но творчество Пиранделло отразилось в его произведениях. И это уже Юго-Западная мистика при выборе пьес Валериям Беляковичем и Олегом Леушиным ))

0

34

Актеры и роли

Хорошая драматургия найдя союзников в лице актеров сражается за себя до конца. Эдуардо де Филиппо играющий драматург, да еще и режиссер, он ставил то, что писал и сам играл в своих спектаклях. Его герой это  Пульчинелла, неаполитанская маска дель арта. Самая неоднозначная и потому выжившая маска, менявшаяся вместе с веком, как и герои Эудардо де Филиппо, от вершителя своей судьбы и судеб многих, до уставшего героя, отстраняющегося от жизни.  Словно с маской драматург выбрал и свою судьбу или маске перешла судьба драматурга. Его Пульчинелла будничный герой, чуть чудаковатый, обремененный множеством забот и казалось бы в спектакле им должен был стать Дженнаро де Сиа (Олег Леушин), как в Театре им Ленсовета Анатолий Равикович (его роль это действительно роль Эдуардо де Филиппо), но…

Гальдони не взялся переделать Пульчинелла в характер, слишком уж он разный, своенравный персонаж, который  видимо сам выбирает к кому идти ) Так и в Юго-западном спектакле, Пульчинелла сменил один из своих костюмов на другой и проявился в роле Альберто де Стефано (Максим Лакомкин).

Актер героев, которого сложно назвать уязвимыми, оказывается может сыграть и такого персонажа уязвимого и даже ранимого. Пульчинелла это собрание недостатков неаполитанцев, но через призму любви к ним, с улыбкой. Альберто де Стефано именно такой, для него даже достоинство - джентльменство оборачивается недостатком. Цепляясь за него (прям как за титул или представление о себе характеризующее лучше, чем имя – я джентльмен)¸ желая сделать все правильно, он постоянно влипает, влипает во всем, с приглашенными им актерами, обреченными стать еще одной проблемой на его голову, нежели успехом, с любимой девушкой, с ее мужем (когда выясняется что таковой у нее есть). Уж не ему учится платить за свои ошибки, он только и делает, что совершает их и расплачивается.  От приглашения на обед всей труппы, которая как назло рада поесть за чужой счет, до похода в дом Биче. Постоянно желая  сделать все правильно Альберто лишь  больше увязает в неприятностях, увязает даже как-то трогательно, старательно и наивно. С одной стороны он как всякий совершает ошибки, заблуждается, а с другой стороны обременяет себя их исправлением, неловким по исполнению, но искренним.  И ложь Биче для него предательство, она не была ему безразлична и в его попытке ее защитить есть нечто большее, чем джентльменский кодекс. Ведь если напрямик, это кодекс иванушки-дурачка по отношению к внешнему миру, которому эти морально-этические сложности пока они не мешают жить до лампочки. Мир населен такими людьми как Биче и Граф, они и без подобных тонкостей находят как строить свои отношения (к примеру на взаимных изменах и никого, включая меня саму, это не смущает, мы далеки от излишнего морализаторства, а уж тем более джентльменства  )). Альберто де Стефано выгораживает любимую женщину, которая его предала (может когда-нибудь повезет и будет непредвиденная замена Кавалера в «Карнавальной шутке» ))) и главное слово здесь – любимую. Не удивительно, что с ее мужем в итоге выходит не просто столкновение, а почти дуэль )). После которой странно что Альберто де Стефано пугается угрозы Графа застрелить его (хотя чего странного он это делает согласно пьесе) потому что сама дуэль пусть и без участия оружия на сцене чуть было не состоялась, да так интересно что хотелось бы больше )) Какой-нибудь хороший спектакль, где актеры могли бы выступить антагонистами.

Так как Альберто де Стефано занял в спектакле иную нишу, кто-то должен был стать его героем, человеком «в шоколаде» )) И роль удачно воплотилась в Графе Карло Толентано (Евгений Бакалов), его образ это Доменико Сориано из «Брака по-итальянски» («Филумена Мартурано»), мужской персонаж с лоском (но в ужасном сценическом костюме) и достатком, успешный по всем статьям (во всяком случае убежденный в этом, до поры до времени) и живущей в свою пользу. Он не становится жертвой в этой истории даже при появлении любовника жены, но и обаяния с утратой моральных позиций в споре не теряет. Такое исключение из всех правил.

Карло Толентано ни на секунду, не верит в безумие Альберто, а быть его врагом  себе дороже. В их поединки побеждает хитрость. Граф живет с обычной жизнью, девицей неразборчивой в методах. Сохраняя за собой право быть при ней скорее умелым игроком в покер, у которого в ход идет все, даже уже разыгранная карта безумие в конце, тут же главное как ее сдать )) 

Притом, что присутствие героев-актеров спектаклем не оправдано, они чудом сохранили разные лица и разное звучание.  Виола (Карина Дымонт) слепит как яркая лампочка. Если Карло Толентано это Доменико Сориано, то Виола Софи Лорен, такая какой бы она могла бы быть в этой роле, хотя по ощущениям она, скорее Анна Маньяни. Но взаимоотношения с Дженнаро, требует от Виолы большей темпераментности, силы с яркой стороны палитры, нежели глубокой оттеночной преданности и любви. Слишком много комедии в спектакле, погонь за мужем с платком взамен скалки, но потенциально в Виоле есть обе эти женщины, была бы необходимость извлечь на поверхность вторую ее часть и она тоже возникла бы в спектакле.

Флоранс (Жанна Чирва) ее в спектакле даже меньше чем Виолы, но она успевает в нем поприсутствовать и как итальянка, и как итальянская актриса от которой можно свечи к мессе зажигать дай ей только повод разыграться в любой из этих ролей.  Атиллио (Александр Шатохин) мог бы приходиться ей сыном, мужем, любовником, братом, не суть важно, главное у них есть один общий изъян и лучшее из сценических достоинств )) Они увлекающиеся натуры и в сцене репетиции Флоранс так же естественно переходит от роли умирающей матери чихающий в разных диапазонах агонии, к удушению Дженнаро. Актеры его трупы на сцене остаются актерами в большей мере, чем он сам.

На мой, предвзятый, взгляд в сцене репетиции вообще гораздо интереснее наблюдать за Атиллио (Александр Шатохин), нежели за Дженнаро. Именно из-за этой увлеченности. Его герою хочется театра, и он в этот театр влезает всем своим существом, погружается в него с головой.  Вот от Атиллио можно было бы выслушать финальный монолог, потому что он как раз жил театром. С желанием столь чистым, каким оно бывает лишь у  ребенка и восторженным восприятием происходящего. Для него репетиция целое приключение, в то время как для остальных рутина. Но с Атиллио это становится приключением и для Виолы и для Флоранс.

Виченцо (Антон Белов) не принимает участие в репетиции, но у него есть первая зазвезденая сцена, когда он приходит побитым, но обвиняет в этом всех, т.е. он-то играл замечательно, в то время как остальных освистали, и за то что он за всех заступился на следующий день его еще и побили. Ему нужна и жалость и уважение, не получив ни того, ни другого, он страшно мстявит :). Причем  Виоле смеявшейся в ответ на его заключения. Сообщая ей, в  отместку, что и сегодня будут свистеть, такая здоровая театрально-гадюшная ситуация ))) И если спектакля в спектакле в рамках репетиции не сложился, то актеры в роле актеров на сцене прекрасны.

Что же касается Дженнаро (Олег Леушин), у меня нет для него добрых слов, поэтому промолчу. Лучше скажу про главного героя у Эдуардо де Филиппо, лицо Неаполя, улыбающееся грустной улыбкой. Как смех в пьесах этого драматурга, неаполитанский, рождающейся не столько от счастья, сколько во спасение, для того чтобы не быть несчастным, забыться. Дженнаро в пьесе не количество реплик или присутствие на сцене, а форма, объединяющая все как душа, настоящая и болящая. Мне кажется от того за ним и стоят актеры, ведь они ближе всего к детям и уязвимее. Но без наличия основы (центрального персонажа - Дженнаро в исполнении быть может другого актера), на которую крепился бы каркас у спектакля выходит иной финал. В котором для одного все обошлось, герой комедии дель арта в итоге должен  был спастись, уйти от судьбы, пусть с потерями, но выиграть у нее. А актеры остаются ни с чем, ведь Альберто ушел, не оплатив их долги, так что они так и остались пасынками фортуны, в отличие от ее любимого сына Пульчинелла… но и такого финала нет, поскольку спектакль подведен под особый монолог, которого там не должно было бы быть и лучше бы не было.

0


Вы здесь » Глубокое подполье зрительного зала » Сцена » Люди и Джентльмены